В начале восьмидесятых годов в тихом пригороде Лос-Анджелеса стояла улица Флауэрвейл. Обычная улица с аккуратными одноэтажными домиками, газонами, которые стригут по субботам, и детьми, гоняющими на велосипедах до самого заката. Здесь жили люди, которые знали друг друга в лицо и здоровались через забор.
Семья Миллеров переехала сюда весной восемьдесят второго. Родители с двумя детьми - старшей дочерью-подростком и младшим сыном, который еще ходил в начальную школу. Дом был не новый, но светлый, с большой кухней и задним двором, где можно было поставить батут. Первое время всё шло как обычно: коробки распаковывали, знакомились с соседями, дети нашли себе друзей на улице. Казалось, что лучшего места для спокойной жизни и придумать нельзя.
Но к осени что-то начало меняться. Сначала мелкие вещи. Свет в уличных фонарях на их стороне улицы иногда мигал, хотя электрики говорили, что всё в порядке. Потом собаки в округе стали лаять по ночам без видимой причины - долго, надрывно, будто кого-то чужого чуяли. Миссис Миллер заметила, что некоторые соседи перестали выходить на крыльцо по вечерам. Раньше они любили посидеть в креслах-качалках с чашкой чая, а теперь окна зашторивали уже к шести часам.
Однажды вечером старшая дочь Кейт вернулась домой позже обычного. Она сказала, что гуляла с подругой, но глаза у неё были странные - широко раскрытые, будто она долго смотрела в темноту. Когда мама спросила, всё ли в порядке, Кейт только пожала плечами и ушла к себе. А ночью родители услышали, как она тихо плачет в своей комнате. Не громко, не истерично - просто беззвучные слёзы, от которых становится особенно не по себе.
Мистер Миллер сначала пытался отмахиваться. Говорил, что это просто нервы после переезда, что дети выдумывают себе страхи, а взрослые слишком много работают. Но даже он начал замечать детали. Почтовый ящик у соседей через дорогу стоял пустой уже вторую неделю. Машина старика Уилсона, который каждый день ездил в магазин, теперь неделями не выезжала из гаража. А однажды утром на асфальте перед их домом кто-то мелом нарисовал странный знак - круг с перечёркнутой линией внутри. Никто из соседей не признался, что это его рук дело.
С каждым днём тишина на улице становилась гуще. Дети почти перестали играть на тротуарах. Взрослые здоровались быстро, опуская глаза. А по ночам в некоторых окнах свет горел до утра, хотя хозяева уверяли, что давно спят. Семья Миллеров начала понимать: что-то не так не только с их домом. Что-то не так со всей улицей Флауэрвейл.
Они ещё не знали, что странные события - это только начало. Что вскоре им придётся решать, бежать отсюда или попытаться понять, что именно поселилось среди этих аккуратных домиков и подстриженных газонов. Но в тот момент, осенью тысяча девятьсот восемьдесят второго года, они просто чувствовали, как медленно, день за днём, привычный мир вокруг них начинает трещать по швам.
Читать далее...
Всего отзывов
6